УИД 39RS0001-01-2026-001428-88

Председательствующий Райкова В.В. (материал №3/1-30/2-26)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 22К–463/2026

20 марта 2026 года                                                                         г. Калининград

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего Гаренко С.В.,

при секретаре Алексенко А.А.,

с участием прокурора Смирнова С.В.,

обвиняемого Л.,

его защитника - адвоката Страшинскаса Д.С.,

          рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционному представлению помощника прокурора Ленинградского района г. Калининграда Крамского А.С. на постановление Ленинградского районного суда г.Калининграда от 27 февраля 2026 года, которым

отказано в удовлетворении ходатайства старшего следователя СО по Московскому району г. Калининградап СУ СК России по Калининградской области Гебекова К.Р. об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении

Л., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ;

избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на 1 месяц 15 суток, то есть до 9 апреля 2026 года, по адресу: <адрес>, в возложением запретов, указанных в постановлении,

                                УСТАНОВИЛ:

12 февраля 2026 года старшим следователем СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК России по Калининградской области Гебековым К.Р. возбуждено уголовное дело в отношении гражданина ФРГ Л. и неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, по факту хищения денежных средств в сумме 21260854 руб., то есть, в особо крупном размере, путем предоставления заведомо подложных документов о выполнении работ по договору, заключенному 23 декабря 2019 года генеральным директором ООО «<У.>» Л. с <К.>.

25 февраля 2026 года Л. был задержан по подозрению в совершении указанного преступления.

В тот же день ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

Следователь обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении Л. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Постановлением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 27 февраля 2026 года в удовлетворении ходатайства следователя отказано, в отношении Л. была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста.

Обвиняемым и защитником постановление суда не обжаловано.

В апелляционном представлении помощник прокурора Ленинградского района г. Калининграда Крамской А.С. приводит доводы о нарушении судом норм уголовно-процессуального закона, несоответствии судебного решения требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, постановлению Пленума Верховного Суда РФ №41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Указывает, что Л. обвиняется в совершении тяжкого преступления, он, его супруга и дети являются гражданами Германии. Обвиняемый с 2019 года 168 раз пересекал государственную границу Российской Федерации, не имеет недвижимости и устойчивых социальных связей в России, осведомлен о личностях свидетелей, часть лиц, подлежащих привлечению к уголовной ответственности, не установлена, что свидетельствует о том, что, оставаясь на свободе, обвиняемый может скрыться от следствия, вступить в сговор с этими лицами, уничтожить доказательства и иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Полагает, что инкриминируемое преступление не относится к преступлениям в сфере предпринимательской деятельности, по которым не может быть избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Этим обстоятельствам судом не дана надлежащая оценка, доводы следователя о невозможности избрания Л. более мягкой меры пресечения не опровергнута. Избранная судом мера пресечения в виде домашнего ареста не достигнет цели обеспечения порядка уголовного судопроизводства.

Просит постановление отменить, вынести решение об удовлетворении ходатайства следователя об избрании Л. меры пресечения в виде заключения под стражу.

           Проверив материалы дела, заслушав выступление прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления об отмене судебного решения и избрании Л. меры пресечения в виде заключения под стражу, мнение обвиняемого и его защитника об отмене постановления и избрании меры пресечения в виде запрета определенных действий, суд не находит оснований для отмены судебного решения.

Мера пресечения в отношении Л. избрана на основании ходатайства следователя, в производстве которого находится уголовное дело, в соответствии с требованиями ст.107 УПК РФ, в пределах установленного срока следствия по делу.

Вывод суда об обоснованности подозрения в причастности Л. к инкриминируемому преступлению является правильным, основан на представленных материалах, в частности, показаниях свидетеля Ч., являвшегося ответственным исполнителем опытно-конструкторской работы «<Э.>» и осуществлявшего контроль за выполнением работ по договору между <К.> и ООО «<У.>», пояснившего о предоставлении руководством Общества актов выполненных работ по первому и второму этапам строительства, не соответствующих фактически выполненным работам, перечислении Обществу денежных средств за указанные работы, выявлении ряда нарушений при производстве работ, высказанном Л. намерении «договориться» с руководителями субподрядных организаций о передаче металлоконструкций, которые могут быть выданы за технологическую оснастку парома.

В силу положений статьи 97 УПК РФ мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый либо обвиняемый скроется от предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Вопреки доводам апелляционного представления, принимая обжалуемое решение, суд учитывал как характер и тяжесть инкриминируемого Л. преступления и его осведомленность о личностях свидетелей и иных лиц, в том числе не установленных на настоящее время, так и данные о его личности, наличие у него и его близких родственников гражданства Германии, а также начальную стадию производства по делу.

Эти обстоятельства подтверждают правильность вывода суда о наличии оснований для избрания в отношении него меры пресечения, предусмотренных ст.97 УПК РФ, то есть, о возможности обвиняемого скрыться от следствия, оказать воздействие на свидетелей и иных лиц и воспрепятствовать производству по делу.

Вместе с тем, согласно ч.1 ст.108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено ч.ч. 1-1, 1-2 и 2 ст.108 УК РФ, только при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В соответствии с ч.1-1 ст.108 УКПК РФ закон устанавливает запрет на применение меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных, в том числе статьей 159 УК РФ, если эти преступления совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией или в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом по смыслу закона преступления, предусмотренные статьями 159-159-6, 160 и 165 УК РФ, следует считать совершенными в сфере предпринимательской деятельности, если они совершены лицом, участвующим в предпринимательской деятельности, осуществляемой юридическим лицом, и эти преступления непосредственно связаны с указанной деятельностью. К таким лицам относятся, в том числе, члены органов управления коммерческой организации в связи с осуществлениями ими полномочий по управлению организацией либо при осуществлении коммерческой организацией предпринимательской деятельности.

Как видно из материалов дела, Л. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, при исполнении договорных обязательств с <К.> то есть при осуществлении коммерческой деятельности ООО «<У.>», являясь при этом лицом, осуществляющим полномочия по управлению указанной коммерческой организацией.

Таким образом, на него в полной мере распространяются ограничения, установленные ч.1-1 ст.108 УПК РФ, не допускающие возможность применения меры пресечения в виде заключения под стражу, а довод апелляционного представления о том, что инкриминируемое Л. преступление не относится к преступлениям в сфере предпринимательской деятельности, является необоснованным.

Согласно ч.ч.1 и 2 ст.107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения, и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя или иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля.

       Судом установлено, что Л. на основании вида на жительство длительное время проживает в Российской Федерации, имеет недвижимое имущество в виде офисных помещений и складов, является руководителем двух юридических лиц, его сын проживает в г. Калининграде с 2008 года, супруга и дети которого являются гражданами Российской Федерации, что свидетельствует о наличии у обвиняемого устойчивых семейных и социальных связей в России. Вся документация, касающаяся выполнения работ по договору, изъята в ООО «<У.>» в 2022 года УФСБ России по Калининградской области.

Учитывая наличие оснований, предусмотренных ст.97 УПК РФ, в том числе указанных в апелляционном представлении, данные о личности обвиняемого, в том числе о наличии у него и его родственников гражданства иностранного государства и о пересечениях обвиняемым государственной границы, суд принял правильное решение об избрании Л. меры пресечения в виде домашнего ареста, поскольку только указанная мера пресечения при условии ее надлежащего соблюдения в условиях соответствующего контроля является достаточной гарантией как явки обвиняемого в следственные органы, так и отсутствия с его стороны противоправного поведения, а также возможности воздействия на участников уголовного судопроизводства.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену постановления суда, не допущено.

Судебное постановление является законным, обоснованным, мотивированным, соответствует требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ и руководящим разъяснением Пленума Верховного Суда РФ.

Оснований для его отмены и для избрания Л. меры пресечения в виде заключения под стражу, о чем поставлен вопрос в апелляционном представлении, либо запрета определенных действий, о чем ходатайствует сторона защиты, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

                              ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 27 февраля 2026 года об отказе в удовлетворении ходатайства старшего следователя СО по Московскому району г. Калининграда СУ СК России по Калининградской области Гебекова К.Р. об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Л. и об избрании ему меры пресечения в виде домашнего ареста на 1 месяц 15 суток, то есть до 9 апреля 2026 года, оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

    Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

    Судья                                              С.В.Гаренко